Эксклюзив! Интервью с Грэгом Альбертийном.

Роман Мишенев (_) Роман Мишенев (_)
Немногим более 20 лет назад, никому не известный  молодой южноафриканец  прибыл в Европу, чтобы  поставить на место лучших гонщиков мира...

 

Немногим более 20 лет назад, никому не известный  молодой южноафриканец  прибыл в Европу, чтобы  поставить на место лучших гонщиков мира... Он первый из ЮАР, кто выиграл три мировые короны (1992 -125сс, 1993-94гг в 250сс)  и Чемпионат Америки по мотокроссу (класс 250сс 1999 год), и его рекорд до сих пор не превзошел никто из его соотечественников.    

 1992 год

1992 год

 

Победа в Вашем  первом чемпионате мира в '92-м. Было ли это неожиданностью для вас?

Нет. Я  выиграл свой первый  GP   в '91-м, и потом еще три или четыре раза  поднимался на подиум. Ну, а победа на заключительном этапе в Японии на Suzuka Circuit, где я вел всю гонку со старта,  придала мне еще большей уверенности,  и я понял, что у меня есть силы победить в чемпионате. Первое GP в  '92-м, я начал с победы над   Джоном Ван Ден Берком и Дэйвом Страйбосом, а ведь это были  чемпионы мира, и  в этот момент, я сказал себе: "Хорошо, теперь я знаю, что могу сделать это".

Тогда была сильная конкуренция в лице Дэйва Страйбоса, Педро Трагтера и  Джон Ван Ден Берка. Вы их застали в расплох..   

Да,  абсолютно. Страйбос и Ван Ден  Берк были чемпионами мира, а Трагтера было не так легко побить, он был очень силен. Так что да, тогда была  серьезная конкуренция. Единственный парень, который не был там – это Стефан Эвертс, он уже перешел в класс 250сс.   

 1993 год

1993 год

Почему вы не остались еще на сезон в 125сс, а сразу перешли в 250сс? 

 Как ни странно для меня, но  как только я достигну своей цели, я сразу перехожу к следующей, в этом весь мой характер.  Я восхищаюсь и уважаю тех  ребят, которые гоняют и выигрывают в одном и том же классе год за годом. У меня была цель – премьер-класс.   

 1994 год

1994 год

 

Как вы получили место в команде в классе 250сс и смогли сразу побить таких ребят как  Донни Шмит и Стефан Эвертс?

Я не думаю, что кто-то предполагал, что я создам  угрозу вообще. Никто не думал, что я прыгнув из класса 125сс, буду доминировать  и в  250сс.   В те годы  было три заезда по 25 минут плюс два круга, надо было быть очень собранным. В самом первом  заезде  сезона, я в конечном итоге финишировал третьим или четвертым. Я пришел в Хонду, когда там был  Ян Харрисон и он  работал со мной. У меня на первом этапе были проблемы с передним тормозом,  и я сказал Яну: «Если вы исправите эту вещь, я смогу выигрывать».  А остальное уже история. 1993 год  был, безусловно, мой самый доминирующий и лучший сезон в моей карьере.   

 

Что вы чувствовали, когда выиграли чемпионат?  Если бы вы могли это чувство разлить в бутылки, я уверен, что купил бы это (смеется).

Я имею  очень мало слов, чтобы описать это, но когда  вы находитесь на вершине чемпионата мира, нет лучшего чувства. Я знал, что выходя на старт, могу  «надрать задницу»  всем, и это было больше психологическая вещь, чем физическая (смеется). Вся фишка в мотивации и психологическом настрое, без этих вещей нет победы. Да, я могу себе представить, что чувствовали мои конкуренты. Я не мог представить себя аутсайдером на таком  уровне, как чемпионат мира, надо иметь то внутренне чувство, что ты  лучший в мире и это должно быть постоянным. Вы  знаете, это ощущение, которое я никогда не испытывал ни в чем другом в жизни.  .

 

Вы стали первым южноафриканским чемпионом мира, правильно?

Да, я стал  первым с африканского континента, кому удалось выиграть чемпионат мира. И вы знаете, я думаю, что это часть того, почему меня так ненавидели мои конкуренты в Европе. Такие ребята   как  Эвертс пришли в  мотокросс уже с  родословной. Его отец чемпион мира и он сам стал десятикратным. Он родился с серебряной ложкой во рту и  был в заводской команде, когда ему было всего  семнадцать. А когда молодой парень приезжает из другой страны, с мощным настроем, немного дерзким по отношению к конкурентам  и выигрывает у них – вы понимаете, какое к нему может быть отношение.  Они все  ненавидели меня. Они абсолютно ненавидели  меня.

(Смеется.) Я могу себе представить. Возвращаясь немного назад, вы и Ян Харрисон, ваш механик, познакомились еще в Южной Африке?

  Ян и его брат гонялись  в Южной Африке, и мы  подружились в 1987-м. Вы знаете, он давал много хороших советов по ремонту и настройке мотоцикла. Он окончил среднюю школу и работал в  одном  из местных муниципалитетов механиком. Я к тому времени уже собирался  в Европу,  и у меня не было рядом близких людей для поддержки.  В тот  момент я сказал Яну: "Эй, ты всегда помогал мне с ремонтом байка, а не хотел бы ты поехать со мной?"  Он  приехал  ко мне в 92-м, и я думаю, что в течение десяти дней, он был готов паковать чемоданы и ехать назад (смеется). Все было очень жестко в Европе,  и отношение было к нам не из лучших к нам.

 

Как вы думаете, это он помог вам выигрывать  в '92 и '93-м?

Это, конечно, помогло, но я была так сосредоточен на своей  миссии и цели,  я бы сделал это  в любом случае, потому что   пути назад для меня уже не было. Вы  знаете, он и по сей день  мой лучший друг. Мы много испытали вместе,  и он  был большим благословением в моей жизни.

 

Ян должен быть вам обязан, ведь он сделал хорошую карьеру. Сначала он работал с вами, а потом  с Роджером Де Костером в Сузуки,  теперь же  с Red Bull / KTM - это просто невероятная история...

Да, я очень, очень горжусь им. Вы знаете, он всегда за кулисами и никогда не получает того, что он заслуживает.  Он начинал как механик по дизелям  в местном маленьком  муниципалитете и  стал правой рукой менеджера одной из лучших команд в мире. Поверьте мне, он заслуживает  многого, потому что он так старательно и много работает.

Да, это так. А в 93-м, когда вы ехали за  Honda – у вас была заводская поддержка?

Вовсе нет. Это была голландская команда  и ее владелец  был отличный тюнер двигателей и  был очень, очень хорош в своем деле. Тогда мы получили  немного деталей подвески, какие-то ручки  и пару валов двигателя.  Это все, что мы получили от Honda.   

 

(Смеется.) И с этим вы пошли выигрывать Чемпионат мира, вы серьезно?

Да, вполне серьезно.

Вам тогда было двадцать лет?

  Да, именно так.

 

Что привело вас в Suzuki в 94-м? Это был предшественник вашей поездки в Америку?

Нет, я на самом деле оказался в  Suzuki случайно. Я только что выиграл  чемпионата мира (1993г.) и был на переговорах с Dave  Arnold от Honda. Он хотел, чтобы я в 94-м перебрался в США и  поехал полный сезон за них.  У нас уже была достигнута предварительная договоренность  и  он пообешал мне  $ 350,000 за   сезон в суперкроссе  и мотокроссе. Это были  очень хорошие деньги в то время. Мы фактически договорились встретиться на последнем этапе,   Гран-При Японии на  Suzuka  Circuit, чтобы пойти подписать договор и обсудить все детали. Я поспешил и уже начал говорить   моим менеджерам команды: «Слушайте, я еду в Штаты. Дело  сделано. У меня есть предложение».  В Европе тогда все было  по-другому, чем   сейчас. Сначала подписывали контракт с номером один в команде, а затем со всеми остальными.  Итак, мы встретились на  Suzuka Circuit с Дэйвом  Арнольдом, он  подошел ко мне бледный  и   говорит: "Мне не разрешили подписать с тобой контракт, так как ты еще не гонял в Штатах и у тебя ни одной победы. Мы подписали контракт с Джереми МакГратом».  В  тот момент, я не знал куда себя деть,  подошел к De Groot и  сказал:" Ну, похоже, что я собираюсь оставаться в Европе  еще на год, давайте я поеду за вас». Он ответил мне, что очень сожалеет и уже подписал контракт с Эвертсом. Таким образом, в тот момент я остался без команды. Но потом, Сильван  Гебоерс мне предложил место в своей команде Сузуки.  Так я оказался в Сузуки, хотя мне не нравился  спонсор BIEFFE,  и не было нормальной поддержки завода, но выбора у меня  не оставалось.   Потом нам потребовалось некоторое время, чтобы настроить  мотоцикл полностью под меня.

 

Ну, а в следующем году вы  уже были Штатах. Это было частью вашего контракта  с Сузуки и Гебоерсом?

Вовсе нет, хотя в то время в   Сузуки происходили какие-то не понятные вещи, у них не было согласованности действий и нормальной программы в США. Но моим условием, было то, что я хотел обсудить все вопросы  лично с Роджером  Де Костером, менеджером команды. В июле 94-го, Роджер приехал  ко мне домой в Бельгию.  Я сказал: "Слушай, я хочу ехать за  Suzuki,  но я хочу взять  механиком Яна Харрисона. Роджер согласился, а чтобы дальше – вы знаете (смеется).

Спасибо за интересный рассказ. Удачи вам Грэг..

Спасибо.

 

 

 

  • 25935
  • 0

Комментарии

Комментарии к этой статье запрещены.